Знаменосец сборной Молдавии на зимних Олимпийских играх 2026 года Елизавета Хлусович оказалась в центре скандала после того, как пользователи интернета обнаружили в ее профиле во «ВКонтакте» следы поддержки президента России Владимира Путина, российской армии и так называемой «специальной военной операции». На фоне разгоревшейся дискуссии 18‑летняя лыжница сначала резко изменила свой аккаунт в соцсети, а затем и вовсе его удалила.
Информация о возможной пророссийской позиции спортсменки появилась 8 января. Тогда было сообщено, что именно Хлусович, представляющая Молдавию в лыжных гонках, несла национальный флаг страны на церемонии открытия Игр в Италии. Почти сразу после этого в сети начали распространяться данные о ее активности во «ВКонтакте», которая, по мнению критиков, указывала на политическую и идеологическую позицию лыжницы.
Пользователи из Молдавии якобы обнаружили профиль Елизаветы, где она была зарегистрирована под именем «Лиза Хлусович». На странице нашли подписки на ряд пабликов с ярко выраженной пророссийской и пропагандистской направленностью, в числе которых — сообщества, посвященные российской армии, сводкам с фронта и поддержке действующего президента России. В названиях этих групп прямо фигурировали упоминания армии, «сводок СВО» и лозунги о поддержке российской власти.
После того как информация об этих подписках попала в СМИ, изменения в профиле спортсменки последовали довольно быстро. Уже спустя несколько часов аккаунт был фактически «зачищен»: имя «Лиза Хлусович» сменилось на нейтральное «Наталья Л», а часть подписок на пророссийские паблики исчезла из открытого доступа. При этом фотографии и видеозаписи, по которым можно было однозначно идентифицировать Елизавету, оставались доступны.
Однако на этом история не закончилась. Утром 9 февраля пользователи заметили, что страница, ранее ассоциировавшаяся с Хлусович, полностью исчезла из социальной сети. Профиль оказался либо окончательно удален, либо скрыт от посторонних. Таким образом, лыжница фактически устранила публичные следы своей прежней активности во «ВКонтакте», но к этому моменту скандал уже успел набрать обороты и стать предметом обсуждения в молдавском спортивном и общественном пространстве.
Биография Елизаветы во многом объясняет, почему именно ее фигура стала столь чувствительной для части молдавского общества. Хлусович родилась в России и имеет прямую связь с российским спортом через свою семью. Ее мать — известная в прошлом биатлонистка Наталья Левченкова, выступавшая под флагом Молдавии и долгое время считавшаяся главным лицом зимних видов спорта страны. Левченкова добилась значимых результатов на международной арене и сформировала репутацию одного из самых успешных молдавских зимних атлетов.
Тема участия российских уроженцев в молдавской олимпийской команде и до истории с Хлусович вызывала напряжение. Председатель местной федерации борьбы Иван Георгиу ранее публично критиковал ситуацию, при которой Молдавию на зимних Играх представляют в основном спортсмены с российскими корнями. Он указывал, что в Молдавии есть собственные спортсмены, которым, по его мнению, недостает поддержки и внимания, тогда как на международные старты отправляются выходцы из других стран.
Георгиу особо подчеркивал символический аспект: по его словам, тот факт, что на параде открытия в Милане под флагом Молдавии прошли спортсмены, родившиеся в России, воспринимается частью общества болезненно, особенно на фоне сложной геополитической ситуации в регионе. В его заявлениях звучал тезис о том, что молдавский флаг не должен использоваться людьми, которые, как полагают критики, могут симпатизировать действиям иностранного государства, находящегося в конфликте с соседними странами.
Состав молдавской команды на Играх лишь подлил масла в огонь. В делегацию вошли пять атлетов, четверо из которых являются уроженцами России: помимо Хлусович, это биатлонисты Алина Стремоус, Павел Магазеев и Максим Макаров. Формально все они представляют Молдавию на законных основаниях, однако в общественной дискуссии регулярно поднимается вопрос — насколько такая модель формирования сборной отвечает интересам развития национального спорта и отражает реальную спортивную систему страны.
История с аккаунтом во «ВКонтакте» стала индикатором гораздо более широкого конфликта — между принципом политической нейтральности спорта и реальностью, в которой биографии и личные взгляды спортсменов неизбежно становятся объектом анализа. Олимпийская хартия и международные федерации на словах требуют от участников дистанцироваться от политических заявлений, однако цифровой след в социальных сетях делает эту нейтральность почти недостижимой. Любая подписка, лайк или репост могут быть интерпретированы как политическое высказывание.
Удаление или изменение профилей в соцсетях в подобных ситуациях давно превратилось в типичную реакцию спортсменов и публичных персон. Когда личные страницы начинают мелькать в новостях, многие предпочитают либо закрывать доступ, либо полностью избавляться от аккаунтов. Это не всегда означает признание вины или пересмотр убеждений — зачастую речь идет о попытке минимизировать давление, атаки в комментариях и риск дисциплинарных последствий. В случае с Хлусович речь, скорее всего, идет именно о попытке уйти из зоны публичного конфликта.
В то же время возникает вопрос, как подобные истории сказываются на климате внутри сборной и отношении к спортсменам внутри страны. Для части молдавского общества важно, чтобы атлеты, выступающие под национальным флагом, не ассоциировались с поддержкой военных действий других государств. Для другой части более значимым может быть спортивный результат и сама возможность видеть флаг страны на Олимпиаде, пусть даже в исполнении натурализованных или приглашенных спортсменов. Эти две позиции часто вступают в противоречие и становятся почвой для долгих общественных споров.
Спортивные чиновники и федерации в подобной ситуации оказываются в непростой позиции. С одной стороны, их задача — формировать конкурентоспособную сборную, а потому они обращаются к спортсменам с опытом и хорошими результатами, пусть и не местного происхождения. С другой стороны, в эпоху повышенной политической чувствительности им приходится учитывать не только медали и квалификационные нормативы, но и репутационные риски, связанные с личными взглядами и активностью спортсменов в публичном пространстве.
Отдельной проблемой становится отсутствие четких регламентов, которые бы определяли, что именно считать «политической активностью» для спортсмена. Подписка на паблик, просмотр новостей, нейтральный комментарий — все это может быть истолковано по-разному. В итоге любое цифровое действие, совершенное задолго до крупных соревнований, способно неожиданно всплыть в медиа и создать эффект скандала. Для молодых спортсменов, как в случае с 18‑летней Хлусович, это особенно чувствительно: они оказываются под давлением, к которому часто просто не готовы.
Эта история также поднимает более широкий вопрос о том, как странам с ограниченными ресурсами в спорте выстраивать свою олимпийскую политику. Молдавия — не единственная страна, которая пытается укрепить свои позиции за счет привлечения натурализованных или сменивших спортивное гражданство атлетов. Такая практика позволяет заявлять о себе на международной арене, но одновременно обостряет обсуждение национальной идентичности и лояльности. В условиях текущей геополитики даже простое сотрудничество с уроженцами других государств становится поводом для подозрений и обвинений.
Наконец, важно понимать, что подобные скандалы редко заканчиваются удалением профиля в соцсетях. Даже если цифровой след частично исчезает, обсуждение продолжает жить в общественном поле, формируя отношение к спортсмену и всей команде. Для самой Хлусович это может обернуться дополнительным психологическим грузом на стартах, а для молдавского спорта — поводом вновь вернуться к вопросам кадровой политики, коммуникации с обществом и четкого разграничения личных взглядов и официальной позиции сборной.
Скандал вокруг знаменосца сборной Молдавии показывает, насколько хрупким стало пространство между спортом и политикой. Любое действие спортсмена — от выбора страны, которую он представляет, до подписки в соцсетях — все чаще рассматривается не только через призму результатов, но и как потенциальный политический жест. И пока четких ответов на этот вызов ни у спортивных организаций, ни у самих атлетов, ни у общества, по сути, нет.