Лыжные гонки у мужчин на Олимпиаде‑2026 завершились историческим событием. Норвежец Йоханнес Клебо оформил то, что еще недавно казалось фантастикой: выиграл все шесть стартов, в которых участвовал, и стал абсолютным чемпионом Игр в Италии. Заключительным аккордом этого золотого «хет-трика в квадрате» стал марафон на 50 км классическим стилем. Именно там определился окончательный масштаб его доминирования — и судьба российского лыжника Савелия Коростелева, на которого перед гонкой возлагали огромные надежды.
К моменту старта марафона Клебо уже переписал табели о рангах зимних Олимпиад. По количеству золотых медалей на Играх он вышел в когорту легенд и теперь уступает только мифическому рекордсмену летних Игр Майклу Фелпсу. В Италии норвежец не просто выигрывал — он контролировал каждую гонку так, будто участвовал в тренировочном заезде, а не в олимпийских финалах.
В России же внимание было сосредоточено не столько на норвежском феномене, сколько на Савелии Коростелеве. Марафон рассматривали как его лучший шанс наконец взять медаль. Интерес к гонке подогрели и околоспортивные детали: одна из актрис фильмов для взрослых в шутливой форме пообещала спортсмену 16‑часовой «марафон» в случае завоевания награды. Это, конечно, было больше частью медийного шума, чем реальной мотивацией, но обсуждения добавило — и зрителей у телевизоров в день гонки точно стало больше, чем прогнозировали.
Старт 50‑километрового масс-старта сразу показал, что норвежцы приехали не доезжать Олимпиаду, а добивать соперников. Уже на первых километрах Мартин Нюэнгет рванул вперед, сформировав просвет в 8-9 секунд к отметке 1,3 км. Поначалу никто не захотел вписываться в этот рискованный ход, но Клебо долго сдерживаться не стал — норвежец сам взялся за ликвидацию отрыва соотечественника. За ним постепенно подтянулась и группа лидеров, где был и Коростелев.
К 3,4‑километровой отметке Нюэнгет оказался вновь в общей группе — пелотон вернул статус-кво. Дальше гонка ненадолго вошла в режим «ожидания»: лидеры сменяли друг друга, но без резких атак и нестандартных решений. Зато дистанция начинала постепенно отсеивать слабейших: к 10,6 км круг претендентов на медали сузился примерно до двадцати человек, остальные попросту не выдерживали норвежского темпа.
Переломным моментом первого отрезка дистанции стал участок после 15‑го километра. Клебо, Нюэнгет и еще один норвежец — Эмиль Иверсен — синхронно ушли в ускорение. Двигались они так мощно, что зацепиться за ними смогли лишь двое: Савелий Коростелев и француз Виктор Ловера. Французу пришлось ликвидировать просвет, но он сумел вклиниться в группу лидеров. Зато финн Ийво Нисканен, олимпийский чемпион марафона‑2018, на этом рывке не выдержал и неожиданно сошел. Судя по всему, последствия болезни так и не отпустили его окончательно. Вскоре гонку завершил и Харальд Амундсен: не хватило ни сил, ни рабочего инвентаря — лыжи у него явно не шли.
После этого акцента наступила очередь проблем у Коростелева. На одном из подъемов россиянин с перекошенным от усталости лицом отпустил лидирующую группу. Казалось, что на этом его борьба за подиум завершена, но Савелий нашел в себе резервы, сумел вернуться к норвежскому трио и Ловера. Внешне он уже не выглядел таким свежим, как соперники, но какое‑то время еще держался рядом. А вот французу второго подвига не хватило: через несколько километров Ловера все-таки «сломался» и отстал, проигрывая лидерам уже 17 секунд к отметке 21,6 км.
Впереди по-прежнему хозяйничала норвежская «бригада». Работа Клебо, Иверсена и Нюэнгета больше напоминала отмеренную по секундомеру тренировку: ни намека на усталость, идеальный ритм, постоянное давление на соперников. В этот темп Коростелев уже не вписывался. Сначала он отпустил Ловера, затем начал проигрывать и самой норвежской тройке. На 22,9‑м километре отставание Савелия достигло примерно 20 секунд, а дальше разрыв только рос. Усиливала проблемы и техника — лыжи россиянина начали «стрелять», срываясь с шага и не давая стабильно держать ход.
На отметке 28,8 км Коростелев принял вынужденное решение: заехал на смену лыж. К тому моменту он уже уступал лидерам более минуты, а подоспевший Ловера снова приблизился и фактически навязал Савелию совместную работу. Однако дуэт россиянина и француза не смог противопоставить ничего летящему норвежскому темпу. К 34‑му километру разрыв до Клебо, Нюэнгета и Иверсена разросся до двух минут — и стало ясно, что борьба за золото и, скорее всего, даже за подиум от Савелия уходит.
Примерно за 10-12 км до финиша Коростелев наконец смог немного восстановиться и попытался провести финальную контратаку. Он прибавил, сбросил Ловера и закрепился в одиночестве. Но это был уже не штурм за медаль, а попытка спасти максимум из доступного. Норвежцы, которые за весь марафон так и не воспользовались сменой лыж, выглядели мощно и уверенно, имели запас сил и контролировали отрыв. Реально Коростелеву оставалось претендовать на место сразу за ними.
Ключевая развязка гонки за золото произошла за несколько километров до стадиона. Первым не выдержал Иверсен — он отцепился от своих партнеров по сборной. Нюэнгет, понимая, что в финишном спурте у него против Клебо мало шансов, предпринял отчаянную попытку выиграть за счет высокой скорости на дистанции, стараясь «порвить» соперника раньше. Но это была борьба против почти безупречного финишера мирового уровня.
Клебо, как и в других гонках этих Игр, отсиделся за спиной, а затем включился в свой убийственный рывок на последнем подъеме. На этом же отрезке он дожимал соперников и раньше — сценарий был отлажен до деталей. Нюэнгет пытался держаться, но против этого ускорения шансов почти не осталось. На финишной прямой норвежец в очередной раз превращал дуэль в формальность. В итоге — шестая золотая медаль из шести возможных стартов, абсолютный рекорд Олимпиады и достижение, которое вряд ли удастся повторить до тех пор, пока в лыжной программе Игр не появятся новые дисциплины.
Тем временем в борьбе за места сразу за пьедесталом происходила своя драма. Коростелев, истративший массу сил в середине дистанции и потерявший еще секунды при смене лыж, на последних километрах начал «проваливаться». Этим воспользовался француз Тео Шели, который провел грамотную, более равномерную гонку и сумел на финишном отрезке обойти россиянина. Савелий пересек финишную черту пятым, уступив Клебо около трех с половиной минут.
Если смотреть строго по итогам, лучшей гонкой российского лыжника на Олимпиаде остался стартовый скиатлон. Именно там ему не хватило всего нескольких секунд до медали — на фоне тотального доминирования норвежцев это уже можно рассматривать как реальный успех. Марафон, от которого ждали прорыва, превратился для него в проверку на выносливость и психологическую устойчивость, которую он прошел достойно, но без награды.
Историчность достижения Клебо выходит далеко за рамки только одной Олимпиады. Шесть золотых медалей в шести стартах — это не просто статистика. Это демонстрация того, насколько изменился сам характер лыжных гонок. Сегодня побеждает не только сильнейший «функционально», но и тот, кто мыслит гонку как шахматную партию: контролирует каждый участок, грамотно планирует смену ритмов, умеет использовать ошибки соперников. В этом смысле норвежец показал эталонный подход к подготовке и проведению чемпионских стартов.
Отдельно стоит отметить и значение этой гонки для российского лыжного спорта. Пятое место Коростелева — это не повод для эйфории, но и не провал. В марафоне, где норвежцы задали космический темп, а каждый тактический просчет мгновенно превращался в минутное отставание, Савелий сумел удержаться в топ‑5, несмотря на проблемы с инвентарем и провал в середине дистанции. Для молодого спортсмена это важный опыт — и серьезный фундамент для будущих стартов.
Тактический рисунок гонки тоже дает пищу для анализа. Норвежцы действовали как единая команда: сначала Нюэнгет «раскручивал» пелотон, потом Иверсен поддерживал высокий темп, а Клебо сохранял силы, чтобы нанести решающий удар на последних километрах. На этом фоне одиночные попытки соперников, включая Коростелева, выглядели обреченными. Возможно, один из главных выводов для конкурентов — необходимость не только готовить сильных индивидуалов, но и продумывать командную стратегию на марафон.
Не стоит забывать и о психологическом давлении, в котором находился Коростелев. От него открыто ждали медали, обыгрывали его имя в заголовках, обсуждали «обещания» и шутки, которые никак не относятся к спорту. В таких условиях выйти на старт и провести хладнокровную, рациональную гонку особенно сложно. На фоне этого пятое место, пусть и с солидным отставанием, кажется не провалом, а ступенью — болезненной, но нужной.
Марафон в Италии, по сути, подвел черту под целой эпохой. Клебо официально закрепился в статусе одного из величайших лыжников в истории, а его шесть золотых медалей стали символом тотального доминирования Норвегии в современном лыжном спорте. Для России же эта Олимпиада, несмотря на отсутствие наград в марафоне, показала, что у команды есть потенциал в лице таких лыжников, как Коростелев, — им не хватает пока лишь стабильности, идеальной подготовки и, возможно, чуть большей поддержки партнеров по трассе.
В перспективе именно такие гонки, как этот 50‑километровый масс-старт, формируют костяк будущих лидеров. Савелий прошел через всю гамму сценариев: от надежды на медаль и попадания в узкую группу фаворитов до вынужденной смены лыж, борьбы с собственным организмом и попытки реабилитироваться на финише. Этот опыт сложно переоценить — он часто ценнее, чем случайная бронза в хаотичной гонке.
Историческая победа Клебо не обнуляет усилий его соперников, но задает новую планку, к которой теперь придется тянуться всем. И если норвежцу, возможно, уже не с кем «соревноваться» в статистике, то у таких спортсменов, как Коростелев, главная борьба только начинается — борьба за право не просто участвовать в великих гонках, но и переписывать их сценарий.