Новый босс мирового биатлона может вернуть Россию в большой спорт — но ответ на этот вопрос появится только осенью 2026 года. К этому моменту в Международном союзе биатлонистов (IBU) официально сменится руководство: в Берхтесгадене (Германия) с 17 по 20 сентября пройдет конгресс, на котором выберут нового президента организации.
Действующий глава IBU, швед Олле Далин, который руководит союзом с 2018 года, заранее объявил, что больше не будет претендовать на пост. Его эпоха завершится именно на этом конгрессе — и сразу же начнется новая, во главе с человеком, который, по сути, идет на выборы без альтернатив.
Формально это не выборы, а утверждение: соперников у претендента нет. Единственным кандидатом на должность президента IBU стал словенец Тим Фарчник. Уже сам этот факт говорит о многом: биатлонное сообщество либо не нашло фигуру, готовую спорить с ним, либо заранее согласилось с тем, что именно Фарчник — наиболее удобный и логичный вариант для федераций.
Сейчас словенец входит в исполком IBU — в высший орган управления союзом. В его состав он был избран в 2022 году и за несколько лет успел зарекомендовать себя как человек, хорошо понимающий внутреннюю механику мирового биатлона. Но репутацию эффективного менеджера он получил задолго до попадания в исполком.
Одна из ключевых страниц в его карьере — чемпионат мира по биатлону 2021 года в Поклюке, где Фарчник занимал должность генерального секретаря организационного комитета. Для него это была не попытка «прыгнуть выше головы», а продолжение уже накопленного опыта: к тому времени он давно работал на стыке спорта, маркетинга и событийного менеджмента.
Организация ЧМ по биатлону стала лишь одним элементом большого портфолио. До и после Поклюки Фарчник был задействован в подготовке крупнейших международных стартов: чемпионатов Европы (2023) и мира (2011) по академической гребле, этапов Кубка мира по биатлону, Европейского юношеского олимпийского фестиваля, а также отдельных этапов престижной велогонки «Джиро д’Италия». Такой набор проектов показывает, что он умеет работать с разными видами спорта и аудиторией, а значит, понимает, чего ждут и болельщики, и спонсоры, и вещатели.
До того, как заявить о президентских амбициях в IBU, Фарчник тесно сотрудничал с национальной командой Словении. С 2015 года он трудился в структуре сборной, однако, когда пришло время идти в большую международную политику, был вынужден покинуть этот пост, чтобы избежать конфликта интересов и соответствовать требованиям к кандидатам на выборные должности в IBU.
Отдельный пласт его карьеры — предпринимательский. Фарчник основал и возглавляет компанию SI EVENTS Ltd — ивент-агентство, специализирующееся на разработке маркетинговых и коммуникационных стратегий для клиентов в Центральной и Юго-Восточной Европе. Благодаря этому опыту в мировом биатлоне ожидают, что с приходом словенца финансовая составляющая станет более устойчивой: можно рассчитывать на расширение пула спонсоров, более выгодные контракты по телевещанию и рост общего дохода от проведения соревнований.
Ставка на менеджера-управленца понятна: IBU нуждается не только в спортивном лидере, но и в человеке, способном превратить биатлон в еще более привлекательный продукт. Усиление маркетинга, работа с ТВ и диджитал-платформами, обновление формата некоторых соревнований — все это вполне может оказаться в числе приоритетов Фарчника.
В России к его возможному избранию относятся с особым интересом. Глава Союза биатлонистов России Виктор Майгуров знает словенца лично и довольно давно. По его словам, их знакомство началось еще во время предыдущей избирательной кампании в IBU.
«Мы с ним знакомы достаточно хорошо. Выбирались в исполком IBU в 2018 году вместе на период до 2022 года. Нам обоим не хватило по одному голосу. Он примерно лет на 10 младше меня. Хороший менеджер, управленец, открытый многим проектам человек. Уверен, что после выборов мы с ним обязательно встретимся. В любом статусе, где бы мы ни находились, не думаю, что он отвергнет», — так описывал Майгуров будущего главу IBU.
Этот фрагмент важен: Фарчник предстает не как закрытый функционер, а как человек, готовый к диалогу. Для России, находящейся под отстранением с 2022 года, это может иметь значение. Личное знакомство и опыт совместной работы в избирательной кампании могут стать, по крайней мере, каналом для разговоров о будущем статуса российских спортсменов в мировом биатлоне.
При этом не стоит переоценивать фактор личных отношений. Решения об отстранении или возвращении сборных принимаются не в кулуарных разговоров один на один, а голосованием национальных федераций, с опорой на регламенты, рекомендации и политическую линию организации. Президент IBU действительно обладает серьезным влиянием, может формировать повестку и предлагать варианты решения, но он не единоличный «арбитр судьбы» России.
Формальное возвращение российских биатлонистов возможно только при совпадении сразу нескольких условий: смягчения общей международной обстановки, готовности большинства федераций поддержать такое решение и соответствующей позиции руководства IBU. Фигура президента здесь важна, потому что именно он определяет тон дискуссии, формат работы комиссий, выносит вопросы на голосование и задает рамки диалога.
Тем не менее в российском биатлонном сообществе уже обсуждают потенциальные сценарии. Один из них — постепенное смягчение ограничений, сначала в юниорском или летнем биатлоне, затем на отдельных стартах, возможно, под нейтральным флагом и при соблюдении дополнительных условий. Другой — сохранение нынешнего статуса-кво до кардинального изменения политического фона.
Для самого IBU тема России — не только политическая, но и спортивно-экономическая. Российский рынок традиционно был крупным для биатлона с точки зрения аудитории, телевидения и интереса болельщиков. Отсутствие российской команды бьет по рейтингу, географии, медийной составляющей и, в перспективе, по финансовым возможностям спорта. С другой стороны, слишком резкое или преждевременное смягчение позиции может вызвать сопротивление части европейских федераций и партнеров.
В этом сложном балансе новый президент ИBU будет вынужден искать компромиссы. Прошлый опыт Фарчника в переговорах со спонсорами и международными организациями может оказаться ценным: он привык договариваться, искать «окна возможностей» и превращать противоречия в рабочие решения. Но удастся ли применить эти навыки к политически чувствительной теме — вопрос открытый.
Важно и то, что к моменту выборов в 2026 году пройдет уже несколько лет с начала отстранения российских биатлонистов. Организация и национальные федерации будут вынуждены оценивать не только исходную ситуацию, но и то, как изменилась мировая спортивная архитектура, какие прецеденты возникли в других видах спорта, как отрабатываются новые модели участия «нейтралов» и спецстатусов. Все это может повлиять на тон дискуссии.
С точки зрения спортивной перспективы возможное возвращение России интересно и самим соперникам. Сильная конкуренция всегда поднимает уровень гонок и добавляет интригу в борьбу за медали Кубка мира и чемпионатов. Для медиа и болельщиков появление новых-старых лидеров — повод для роста интереса к сезону, дополнительных сюжетов и резкого скачка внимания к биатлону в целом.
Однако пока любые надежды россиян связаны лишь с конструктивным образом будущего главы и его репутацией «открытого многим проектам человека». До реальных решений, регламентов и голосований еще далеко. Важно понимать: даже при желании Фарчника найти модель возвращения российских спортсменов, путь будет долгим и требовать серьезной дипломатической работы.
Тем не менее, в сравнении с нынешним положением дел, многие в России считают, что «хуже уже не будет». При Далине позиция IBU по отношению к России была жесткой и практически не предполагала маневров. Новый президент априори приносит с собой свежий взгляд и возможность хотя бы перезапустить обсуждение темы в иных тонах.
Таким образом, избрание Тима Фарчника во главе IBU станет не только сменой фамилии в кресле президента, но и символом периода, когда у мирового биатлона появляется шанс пересмотреть многие вопросы — от коммерческой стратегии до формата проведения турниров и отношения к отстраненным сборным. Поможет ли в этом его прежнее знакомство с Виктором Майгуровым и открытость к диалогу, станет ясно лишь после осеннего конгресса 2026 года. Пока можно констатировать одно: у России в биатлонной политике появляется хотя бы маленькое окно надежды, которого не было последние годы.