Губерниев раскритиковал приглашение Митча Лава в КХЛ и не согласен с позицией Овечкина
Известный спортивный комментатор и телеведущий Дмитрий Губерниев, ныне также выступающий в роли советника министра спорта России Михаила Дегтярева, резко высказался о назначении нового главного тренера в КХЛ и фактически вступил в заочный спор с Александром Овечкиным.
17 января пост главного тренера клуба КХЛ «Шанхай Дрэгонс» занял 41‑летний канадский специалист Митч Лав. До этого он работал помощником главного тренера «Вашингтон Кэпиталз» в НХЛ. Однако его карьера за океаном оборвалась скандально: в сентябре 2025 года клуб временно отстранил Лава от работы, а месяц спустя расторг с ним контракт по итогам внутреннего расследования, проведенного из‑за обвинений в домашнем насилии.
Вокруг нового назначения сразу возник резонанс не только спортивного, но и репутационного характера. По информации из хоккейных кругов, перед тем как утвердить кандидатуру Лава, руководство «Шанхая» консультировалось с Александром Овечкиным. Российский форвард «Вашингтона» якобы дал однозначный совет — если есть шанс заполучить такого специалиста, нужно пользоваться возможностью и не раздумывать.
На этом фоне у Дмитрия Губерниева поинтересовались, насколько подобное приглашение тренера с подобным прошлым бьет по имиджу КХЛ. Комментатор ответил жестко и недвусмысленно. По его словам, подобные решения несут серьезные репутационные риски, а лично он никогда бы не связался с человеком, вокруг которого звучали обвинения в домашнем насилии.
Губерниев подчеркнул, что считать нормой приглашение специалистов с проблемами с законом он не готов. В его трактовке появление подобных фигур в лиге создает ощущение, что КХЛ становится местом, куда стекаются «персонажи с сомнительным прошлым». Именно так он охарактеризовал ситуацию, задав риторический вопрос о том, не превращается ли лига в «помойку», если спокойно закрывать глаза на подобные резюме.
При этом телеведущий отметил, что окончательное решение — на совести владельцев и менеджмента клуба. По его словам, именно клуб берет на себя все риски: и с точки зрения общественного мнения, и с точки зрения будущих возможных скандалов. Если руководство убеждено, что оно все делает верно, значит, оно принимает эту ответственность полностью на себя. Губерниев же, как он подчеркнул, лично таких людей к работе бы не допустил.
Фигура Овечкина в этой истории делает ее еще более обсуждаемой. Капитан «Вашингтона» давно воспринимается как один из самых влиятельных российских хоккеистов современности, а его мнение по спортивным вопросам зачастую имеет вес и в России, и в Северной Америке. Поэтому его поддержка Лава — это не просто частное мнение игрока, а сигнал для руководителей клубов, что с этим тренером «можно иметь дело». На этом фоне жесткая оценка Губерниева выглядит попыткой обозначить границу: спортивные качества специалиста — одно, но репутация и возможные уголовные или околоуголовные истории — другое.
Сам факт, что в КХЛ приходит тренер, недавно фигурировавший в деле о домашнем насилии, поднимает более широкий вопрос: где должна проходить черта между спортивным прагматизмом и этикой? Клубы стремятся усиливаться, находить опытных тренеров и игроков, но одновременно сталкиваются с реальностью, в которой репутационные скандалы могут уничтожить любую имиджевую стратегию. Лига, которая позиционирует себя как сильная и конкурентоспособная, вынуждена учитывать общественную чувствительность к теме домашнего насилия, особенно в эпоху, когда такие истории вызывают мгновенный резонанс.
Случай с Лавом оголяет и другую проблему: что считать достаточным основанием для «второго шанса»? В спорте нередко звучит аргумент о том, что людей нельзя навсегда вычеркивать за один поступок, что каждый может измениться. Но в таких ситуациях возникают вопросы: признано ли его виновным официально, принес ли он извинения, прошел ли какое-либо восстановительное или реабилитационное обучение, как он комментирует обвинения? Отсутствие прозрачных ответов на эти вопросы автоматически делает любое назначение токсичным и подставляет под удар не только клуб, но и всю лигу.
Для КХЛ, которая на протяжении многих лет борется за имидж «второй хоккейной лиги мира» после НХЛ, подобные истории могут быть крайне болезненными. Лига стремится привлекать топ‑игроков и тренеров, развивать инфраструктуру, выходить на новые рынки, в том числе азиатские. На этом фоне приглашение специалиста, недавно уволенного с подозрительным шлейфом, может восприниматься как сигнал: спортивный результат для отдельных клубов важнее вопросов общественной морали.
Не менее важен и внутренний сигнал, который получают игроки и болельщики. Для одних подобные назначения выглядят как циничный расчет: «лишь бы выигрывали, а остальное неважно». Для других — как игнорирование жертв домашнего насилия и умаление значимости подобных преступлений. В современном мире профессиональный спорт уже давно перестал быть сферой, где можно полностью отгородиться от социальных тем — каждая громкая история моментально становится частью общественной дискуссии.
Жесткая позиция Губерниева может отражать запрос части аудитории, которая устала от историй с участием спортсменов и тренеров, замешанных в скандалах. Его слова о том, что «мы не свалка для людей с проблемами с законом», — это не только эмоциональная фраза, но и напоминание: любой выбор кадров — это не только вопрос тактики и стратегии на льду, но и показатель того, какие ценности клуб и лига готовы отстаивать.
С другой стороны, конфликт мнений между Овечкиным и Губерниевым показывает, насколько неоднозначным остается вопрос этики в спорте. Один из самых титулованных хоккеистов современности рассматривает Лава прежде всего через призму его профессиональных качеств, тогда как комментатор — через призму репутации и последствий для имиджа всего чемпионата. В реальности же клубам приходится учитывать оба аспекта одновременно и понимать, что сегодня любую спорную фигуру придется объяснять не только болельщикам, но и широкой общественности.
История с Митчем Лавом, Овечкиным и резкой реакцией Губерниева вряд ли закончится в ближайшее время. Каждая неудача «Шанхай Дрэгонс» будет сопровождаться вопросами: стоило ли ради этого рисковать репутацией? А в случае успеха команда неизбежно столкнется с новой волной дискуссий: оправдывает ли результат ставку на человека с таким прошлым. Именно поэтому сейчас, когда КХЛ находится в непростых условиях развития и конкуренции, столь противоречивые решения неминуемо вызывают бурю эмоций — как у экспертов, так и у обычных любителей хоккея.